Молись
Форум сайта «Глобус Беларуси»




Чечерские сказки

Вы никогда не читали еврейские сказки? И даже не слышали о том, что они есть? Немедленно наверстывайте упущенное. Я понимаю, что не вы в этом виноваты. Еврейские сказки редко издавались и в старые времена, и в новые. А уж тем более, на русском языке. Вероятно, Ицхак Боголюбов – единственный писатель, который пишет сегодня еврейские сказки на русском языке.

Ицхак Боголюбов родился 19 июля 1929 года в городе Чечерске Гомельской области.
Среднюю школу окончил в 1947 году в Минске, а в 1953 году – Московский авиационный институт. Работал в Риге. В 1972 году уехал с семьей в Израиль. С 1978 по 1995 год жил в ЮАР. Доктор экономических наук, Член Союза писателей Израиля.
Написал около двухсот сказок и издал в Израиле тринадцать книг сказок и рассказов.

Чечерск – это местечко в Гомельской области, где родился не только сказочник, но и живут герои его произведений.

БЕДНЯЦКАЯ КОНОПЛЯ

Сейна была в Чечерске одной из беднейших еврейских вдов. Было у нее четверо голодных и полураздетых детей, и жила она в старом, покосившемся домике под черной от времени, дождей и снегов соломенной крышей. Дети целыми днями играли или просто так слонялись по улицам, а Сейна должна была постоянно думать и придумывать, как прожить очередной день, как прокормить детей. Правда, старший Арие, у которого в прошлом году была бар-мицва, старался заработать кое-что на базаре: поднести кому-нибудь покупки или помочь разложить товар.

В одно утро входит как-то младший Исролик в дом и говорит:
– Вы видели?
– Что?
– Кругломордая Дорка щеголяет в новых ботинках.
– Ну и что?
– Ничего. А у тебя есть новые ботинки?
– Какие есть, такие есть. Лучше твоих...
– Лучше моих... У меня нет никаких.
– Дети! – вмешивается мама.– Не надо разбираться и не надо завидовать. Зависть – это тяжелый грех. Зависть рождает и другие грехи. Ничего. И у нас будут и новые ботинки, и новые штаны, и новые рубашки. Мы с нашими коноплями переживем их богатство. И их самих.
– Ты уверена? – улыбается Арие.
– Конечно! Разве мало было случаев, когда бедняки вдруг богатели, а богатые разорялись и пропадали?

И подумала Сейна: «Пойду-ка я на базар. Может быть, действительно купить сегодня немного конопли. С хлебом – это не так уж плохо».

На базаре, конечно же, как всегда, продавали конопляное семя. И покупали его только бедняки, да и то – редко. Конопля хоть и была каким-то жиром, но вкусной ее не назовешь... Подошла Сейна к одному человеку, перед которым на столе, на белой тряпке, блестела на солнце красивая кучка конопли.

– Почем конопля? – спросила она.

Человек от этого вопроса, казалось, растерялся. Потому, очевидно, что, во-первых, все знали цену конопле – копейка стакан, а во-вторых – удивился своему везению: покупательница появилась..

– Как всегда, – ответил он. – Одна копейка. Бери, хозяюшка. Замечательная конопля. Свежая. Смотри, как блестит. Жирная и вкусная.

«Ну, насчет вкусная – это мы знаем...» – подумала Сейна. Потом подала ему трехкопеечную монету, аккуратно завернула коноплю в тряпицу, засунула ее в карман и пошла. Но только она отошла на два-три шага, как спохватилась: «А сдача!.. Он же мне сдачу не дал!» Она быстро повернулась и устремилась к столу. Но что такое? Где же этот человек? На столе, где совсем недавно лежала кучка конопли, ничего больше не лежит, да и сам продавец куда-то исчез.

– Вы не видели мужчину, который коноплю продавал? – обратилась она к соседним продавцам, но те с безразличным видом то пожимали плечами, то с подозрением оглядывали ее саму. Сейна поняла, что она потеряла две копейки, очень этому огорчилась и в каком-то почти бесчувственном состоянии поплелась домой. Там ее, конечно, ждали дети. Ничего не говоря, она положила на стол кулечек, принесла ступку с пестом, развернула тряпочку и высыпала в ступку коноплю. Но что это такое? Медная ступка осветилась изнутри каким-то серебряным блеском, каким-то неясным слабым сиянием… Сейна очень этому удивилась и подумала: «Наверное, у меня уже с глазами что-то происходит... С голоду? Я не особенно голодная... Как всегда...» Взяла пест в руку и ударила по зернам. Пест вошел в коноплю тоже как-то необычно: с каким-то свистом. Она остановилась, оглядела пест и снова ударила по конопле. Снова – свист. Сейна остановилась. Заглянула в ступку – ничего. Конопля лежит. Правда – свет от нее тусклый исходит... Взяла Сейна пест в руку и решительно застучала им по зернам. Била, била, пока не убедилась, что в ступе уже лежит серое месиво. «Можно мазать на хлеб и кушать», – подумала она и решила сначала попробовать, как эта конопля, которую продавец хвалил, на вкус. Набрала немного на палец и сунула в рот. Попробовала пожевать, но тут же остановилась. Масса была твердой, как будто ее намешали из песка или мелких камешков...

– Арие! – позвала она, – посмотри сюда, в ступку.
– А что такое?
– Попробуй коноплю.

Арие набрал на палец и положил в рот. Куснул разок и остановился.
– Где ты взяла эту коноплю? Это же не конопля, это песок! Тьфу!

Потом оба посмотрели друг на друга, заглянули в ступку.
– По-моему, это вообще серебро, а не конопля... Подожди-ка... Дай-ка ее сюда.

Снова набрал Арие указательным пальцем из ступки и стал внимательно рассматривать эту серую кашу.
– По-моему, это серебро, – заключил он.
– Серебро? Не конопля, а серебро? Серебро же должно блестеть…
– Оно и блестит.
– Но разве серебро так блестит?
– Да, немного тускловато…
– Вот тебе – на!.. Знаете что, дети, вы посидите дома, никуда не уходите, а я сбегаю к ювелиру Бере-Эськес, покажу ему это серебро. Может быть, это действительно серебро...
И убежала.

Ювелир Бере-Эськес жил почти на окраине города в довольно большом, новом доме под гонтовой крышей. И небогатые люди к нему обычно не ходили. Но иногда заглядывали. Главным образом, чтобы продать ему какое-нибудь кольцо или сережки, которые достались им в наследство и которые берегли «на черный день». Все знали, что платит он не много, но в Чечерске был только один ювелир, только он, а нужда, если брала кого-то за горло, заставляла к нему идти...

Сейна поднялась на три ступеньки крылечка и вошла в открытую дверь просторных сеней. Кругом было тихо, и она подумала, что, может быть, никого нет дома... Заглянула в зал – никого. И тут только она увидела, что за небольшой и тоже открытой дверью в дальнем конце сеней кто-то сидит на низенькой скамеечке. Это и был Бере-Эськес. Он сидел напротив маленькой печурки, в которой ярко светилось пламя.

– Здравствуйте, реб Бере, – поздоровалась Сейна.
– Здравствуй, здравствуй, – ответил быстро вставший ювелир, – с чем пожаловала, женщина?
– Вот, – протянула она ему сверток. – Я бы хотела спросить вас, реб Бере, серебро ли это. Вы это можете определить?
– Покажи, покажи, что это за серебро.

Взял из Сейниных рук тряпочный пакетик и пошел с ним в зал. Сейна пошла ему вслед. Там он сел за стол, осторожно развернул тряпочку, внимательно посмотрел на серый порошок, потрогал его, положил весь пакетик на ладонь, как бы взвешивая его, потом посмотрел на Сейну и спросил:
– Где ты это взяла?
– Это лежало у меня давно, еще с тех пор, как мой муж был жив, – соврала она.
– Так... Сейчас проверим.

И он пошел обратно в комнатку к своей печурке. Оттуда он вернулся с крошечным безменчиком в руке. Всыпал в висевшую чашечку весь Сейнин порошок, взвесил его и что-то написал на обрывке бумаги. Потом сказал Сейне:
– Я сейчас расплавлю этот металл и тогда я скажу тебе, что это такое. Хорошо?
– А это не сгорит? Не пропадет?
– Нет, нет, – улыбаясь, ответил он. – Не сгорит.

Потом Бере-Эськес расплавил металл, влил его в формочку и снова взвесил. Заглянул в бумажный обрывок и сказал:
– Сейне! Это – платина.
– Что?
– Это такой металл, который называется платина.
– Хм... И он чего-то стоит, реб Бере?
– Стоит? Конечно, стоит! И еще как стоит! Платина не намного дешевле золота!
– Золота?
– Ну да. Из платины тоже делают дорогие украшения. Другое дело, что в наших краях об этом даже не знают.
– Дорогой реб Бере! Так, может быть, вы у меня это купите? Ведь мне с ним, сами понимаете, делать нечего, а вы, может быть, кому-нибудь из него что-то сделаете...
– Можно и купить. Но ты же сама понимаешь, что это все-таки не золото, и продать, скажем, платиновое кольцо кому-нибудь у нас тут, в Чечерске, вряд ли можно. Так что я возьму его у тебя и заплачу тебе по-честному, по весу чистого серебра: не стану же я обижать бедную вдову...
– Спасибо! Большое спасибо, реб Бере! Я так вам благодарна...

Сейна как на крыльях полетела домой. Вот уж где была радость!.. Все кричали. Дети прыгали и смеялись, а сама Сейна и говорит:
– Ну, дети, повезло нам с нашими коноплями. И хорошо, что я продала Бере-Эськесу только половину, а не все. А теперь пошли все вместе на базар. Накупим всего, что нам надо. И хлеба, и мяса, и масла, и ягод, и яблок.

И зажила Сейна со своими детьми. Накупили новых горшков, мисок и крынок. Не забыли и новые ложки, и новые стулья. Даже новую горку для посуды купили. И всем новые ботинки заказали. Потом продали ювелиру остаток платиновой конопли, и этого хватило до конца лета.

Когда Сейна поняла, что ее серебро все время утекает из ее рук, что его становится все меньше и меньше, она стала более экономно тратить деньги и все думала о том, что ее ждет, когда серебро кончится. И стала чаще наведываться на базар в надежде встретить там того самого старика, у которого она когда-то купила свою чудесную коноплю. И вот однажды она его увидела. Он стоял за столом на том же самом месте, что и в первый раз. Сейна, не медля, подошла к нему и поздоровалась:
– Здравствуйте.
– Здравствуй, женщина. Хочешь моей конопли купить?
– Может быть, я ведь у вас когда-то покупала.
– Помню, помню. Еще сдачу забыла. Так вот они, твои две копейки, которые я тогда забыл тебе отдать.
– Да, да!... Это мои две копейки.
– Так бери их.

И Сейна взяла со стола две медные копейки и быстро сунула их в карман.
– Видать, не пошло тебе мое зерно на пользу, раз ты в деньгах нуждаешься...
– Как же не пошло? Вон мы уже целый год на этот счет живем.
– Но ведь если деньги только расходовать, так вот они и кончатся... И останешься таким же бедным, каким и был.
– Но ведь есть-то надо, одеваться – тоже. Да и в дом всегда надо кое-что купить.
– Вот-вот. Есть много таких людей, которые всегда находят, на что бы потратить деньги, и не ищут путей их сбережения. Таких людей, которые не любят денег, и деньги-то тоже не любят. К таким людям деньги не идут. Деньги любят бережливых людей, не подумай – скряг. Ну, да ладно, хочу тебя попросить: постой здесь, пожалуйста, за меня за столом, а я мигом в одно место сбегаю. А если кто захочет конопли купить, продай ему. Я скоро. Вот здесь стой за столом, пока я вернусь. И ушел.

Долго ждала его Сейна, а он так и не вернулся. Подходили покупатели, она продавала им коноплю, деньги клала в карман, чтобы потом, когда старик вернется, отдать их ему, хозяину конопли. Кончился день, базар уже разошелся, и Сейна решила отнести все, что осталось, домой, а завтра с утра пойти снова на базар и отдать весь товар старику. Да и вырученные за продажу конопли деньги тоже. Нагнулась под стол, там стояла лозовая корзинка, а в ней мешочек. Заглянула в него – конопля. Собрала она все и ушла домой.

Назавтра, с самого утра, она уже была на базаре. Расстелила на столе белую тряпку, насыпала на нее кучку конопли и стоит, ждет. Но старик не приходит!.. «Куда же это он девался? – недоумевала женщина.– Неужели с ним что-то случилось, не дай Бог? Или он просто бросил свой товар и ушел... Как же это так?»

Продала она больше половины конопли, которая лежала у нее на столе, подсыпала еще из мешочка, что лежал в корзинке, опять продала, опять подсыпала... И так весь день. А когда собралась уже домой, видит, что мешочек в корзинке как был полный с утра, так и остался полным. Очень этому удивилась Сейна. А назавтра все точно так же повторилось. Она торговала, продавала коноплю, а мешочек оставался полным.

И стала Сейна постоянно торговать на базаре коноплей, а деньги, которые, как она считала, принадлежали старику, аккуратно складывала сначала в карман, потом, дома перекладывала в горшок, который прятала на печи. «Когда-нибудь он же, наверняка, вернется. И тогда я отдам ему его деньги», – размышляла она. А пока – копила. Лишь немного брала себе. Она считала, что если бы даже старик был здесь, а она на него работала, продавала вместо него товар, то и тогда он должен был бы ей что-то платить. Вот она ежедневно покупала себе хлеб, молоко, кусочек мяса или картошку. И жила себе со своей семьей скромно и тихо. И копила стариковы деньги. А когда горшок был уже почти полный, когда денег стало много, задумалась: «Сколько же можно так копить деньги? А вдруг в дом заберется вор и украдет их... Что тогда? Как она тогда сможет оправдаться перед стариком?»

И решилась Сейна. Она купила на эти деньги просторный, новый дом. «Вот теперь, – считала она, – деньги не пропадут. А когда старик вернется, она скажет ему: «Это ваш дом, уважаемый. Я купила его, чтобы сохранить ваши деньги».

Но старик так никогда больше и не вернулся. А Сейна все торговала коноплей, старалась денег тратить поменьше, а все берегла их для старика.

И стала она богатой женщиной. Дети ее теперь были обуты и одеты, ей на радость, да и сама она стала, как говорили в Чечерске, «совсем другим человеком».

Вот тебе и конопля!..
Источник: http://mishpoha.org/n25/25a31.php

Янка Купала — Википедия

Я́нка Купа́ла (настоящее имя Ива́н Домини́кович Луце́вич, белор. ... В
обнаруженной в белорусском Национальном историческом архиве анкете ...
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AF%D0%BD%D0%BA%D0%B0_%D0%9A%D1%83%D0%BF%D0%B0%D0%BB%D0%B0







Источник: http://forum.globus.tut.by

Булат
Пока Земля еще вертится, пока еще ярок свет,  Господи, дай же ты каждому, чего у него нет:  мудрому дай голову, трусливому дай коня,  дай счастливому денег.
Молитвы при бессоннице
О великий угодниче Христов, добропроизвольный страдальче, новопросиявый чудесы, отче наш Иринарше, Российстей земли удобрение, граду Ростову похвало, обители сей велие украшение и утверждение!